С развалом СССР в 1991 году в истории ПО «Гжель» наступили новые, нелегкие времена, связанные с акционированием предприятия. Началось перераспределение собственности в стране – сначала в кооперативной форме (ПО «Гжель» не затронуло), затем в форме товариществ с ограниченной ответственностью (ПО «Гжель» становиться НХП ТОО «Гжель») и далее в форме акционерных обществ (НХП ТОО «Гжель» преобразуется в ЗАО «Объединение Гжель»). Естественно, почти с самого начала этой перестройки администрация оъединения решила не упускать момента и попытаться приватизировать хозяйство. Первая неудачная попытка завладеть активами промысла, которая, по-видимому, многому научила генерального директора В.М.Логинова, заключалась в провальном проекте с комплексом зданий на Петровке 32, 34 в Москве.

     Много лет Логинов лелеял мысль о создании в Москве своего рода официального  Представительства и Культурного центра ПО «Гжель» в столице, которые могли бы решать задачи обеспечения оперативного делового сотрудничества с регионами страны и зарубежными партнерами, организации выставок-продаж новых образцов и серийной продукции объединения, организации учебных художественных мастерских, которые могли бы решать кадровые проблемы объединения, занимаясь пропагандой гжельского искусства среди московской ребятни и незанятого населения.

Много пришлось В.М.Логинову побегать по коридорам ЦК и МГК КПСС, подключая свои связи, делать подарки вожделенной тогда  продукцией завода и т.д. Наконец в феврале  1991 года  Логинову удалось добиться решения от Свердловского Исполкома города Москвы на занятие здания по улице Петровка, 32,34 суммарной площадью порядка 3500 квадратных метров.  24 января 1992 года на Петровке объявляется открытым Гжельский культурный центр в Москве. Сбывается мечта московских коллекционеров – появляется место, где регулярно можно приобретать, в том числе и авторские, работы гжельских художников, причем иногда по фантастически низким ценам. Для реализации общего замысла авторами проекта создается ТОО «Гжель-Москва», в котором уставной капитал распределяется  следующим образом:  20% принадлежит ПО «Гжель», 47% В.М.Логинову как  физическому лицу, и 33% - некоей Панюшкиной Н.П., назначенной Логиновым директором будущего комплекса. Задумано было ловко, но хитрецам не повезло. На это же здание «положил глаз» Фонд социальной адаптации работников правоохранительных органов (ФСАРПО), являющийся скрытой структурой всесильного Министерства безопасности РФ – тогда правоприемника КГБ при СМ СССР.

Путем ловких комбинаций ТОО «Гжель-Москва» подвергается перерегистрации, при этом объединяя ряд акционерных предприятий, среди которых определяющим вдруг становится ФСАРПО. Недалекая Панюшкина при жестком давлении функционеров Фонда, воспользовавшись правовой  несостоятельностью Логинова, не имевшего по законам того времени права выступать в роли физического лица при образовании ТОО, за спино последнего заключила с Фондом  договор о совместной деятельности. ФСАРПО при этом  достается 7% уставного капитала. Дальше все было делои техники. Сначала, по настоянию ФСАРПО, ТОО «Гжель-Москва» меняет форму основной деятельности на проблемы «изучения рынка, оказания информационных услуг и т.д.», а затем  практически оттесняет Логинова от практической деятельности. В результате дальнейших закулисных договоренностей Панюшкиной с деятелями ФСАРПО ПО «Гжель» фактически осталось меньше 600 квадратных метров площади здания при том, что обязательства по ремонту последнего сохранились в полном объеме. Догадавшись, что здорово влипла, Панюшкина попыталась расторгнуть договор с Фондом, но было уже поздно. Таким образом, Гбисты победили.

Логинову не смогли помочь ни губернатор Московской области  А.Тяжлов, ни мэр Москвы Ю.Лужков, хотя оба неоднократно пытались сделать это через Москомимущества. С Логиновым ФСАПРО цацкалось до тех пор, пока ПО «Гжель» не закончило внутреннюю отделку зданий. Затем сначала Логинову оставили лишь 1/10 часть всех площадей, а потом выкинули из дела совсем. По-видимому, декабрьская 1993 года театрализованная попытка покушения на Логинова была связана с упрямой позицией директора – не уступать «соучредителям», бороться за представительство Гжели в престижном месте Москвы. На следующий день после покушения по приказу подмосковных властей РОВД установило в доме В.М.Логинова временный пост из двух сержантов-автоматчиков. Через несколько дней, однако, произошло повторное покушение, не исключено, что по ошибке, на юриста НХП ТОО «Гжель»  Пака, проезжавшего через лесополосу Егорьевского шоссе в Москву на директорской «Волге». Злоумышленики на белых «Жигулях» без номеров пытались столкнуть «Волгу» в кювет. После нескольких неудачных попыток (сказался опыт водителя директора) преступники отстали.
     25 ноября 1993 года ПО «Гжель» акционируется в форме НХП ТОО «Гжель», и еще позднее, 14 декабря 1995 года, после переригистрации преобразуется в ЗАО «Объединение Гжель».
     Логиновская идея по созданию комплекса Представительства и Культурного центра в Москве в ноябре 1994 года все-таки была реализована на базе фирменного магазина «Гжель» на ул.Садовая-Самотечная, 2/12.  Однако к началу 2003 года активы магазина были проданы – по слухам, все тем же пресловутым армянам, которые решили из удобного помещения сделать ресторацию. Вырученные деньги, по слухам же, пошли на оплату долгов объединения.

     Процесс реструктуризации производства ЗАО «Объединение Гжель» на этом явно не закончился. Но беззаботное  существование гжельского гиганта, неосмотрительно вышедшего из-под  государственной опеки, закончилось. Эаоблачные цены на сырье, привозимое с Украины, на топливно-энергетические  и транспортные составляющие затрат, налоги, спад покупательной способности населения – все это сделало производство гончарных, майоликовых и фарфоровых изделий практически нерентабельным. Достаточно сказать, что суммарная численность занятых работников объединения за несколько последних лет упала с примерно 2500 человек до меньше чем 650 человек (к началу 2002 года).Заработок профессионального художника в ЗАО «Объединение Гжель» к началу денежной реформы 1997 года не превышал 300 000 неденоминированных рублей в месяц, да и те приходилось выпрашивать у администрации со слезами. Останавливаются цеха в Фенино, затем в Коломино, еще позднее в Жирово. Задержки зарплаты на производстве постоянны и достигают нескольких месяцев. Что впереди – знает один Бог.
                    

2004 год.
Материалы по книги Флавия Хорошилова «Гжельские  истории в записках коллекционера».